Катар и Иран обсуждают деэскалацию и Ормузский пролив

Премьер-министр Катара шейх Мохаммед бин Абдулрахман бин Джассим аль-Тани посетил Тегеран в четверг на фоне усилий Дохи по оживлению дипломатии и снижению напряженности вокруг Ормузского пролива.

Он также одновременно занимает пост министра иностранных дел Катара и провёл переговоры с министром иностранных дел Ирана Аббасом Аракчи; это первый визит катарской делегации высокого уровня в Тегеран с начала войны 28 февраля.

По данным государственного информационного агентства Катара QNA, переговоры были сосредоточены на снижении напряженности и создании условий для возобновления диалога между Ираном и США.

Они также обсудили продолжающиеся переговоры о предлагаемом поэтапном плане по Ормузскому проливу, который предусматривает временный судоходный коридор и совместный проект по разминированию акватории.

Шейх Мохаммед подчеркнул необходимость уважать суверенитет соседних государств и свободу судоходства и призвал продолжать дипломатические усилия по урегулированию разногласий посредством диалога.

Аракчи поблагодарил Катар за посреднические усилия и неизменную поддержку диалога.

Визит состоялся почти через шесть месяцев после начала войны: прямые боевые действия в значительной степени приостановлены, но дипломатического прорыва по-прежнему не видно.

Катар, союзник США, на территории которого размещена авиабаза ВВС США «Эль-Удейд» и который совместно с Ираном разрабатывает крупнейшее в мире газовое месторождение, сыграл ключевую роль посредника между Вашингтоном и Тегераном и помог договориться о июньском прекращении огня, кратковременно остановившем боевые действия.

Война и перебои в судоходстве обходятся дорого. Согласно отраслевой статистике, за последние шесть месяцев Катар отправил всего 18 партий СПГ против 509 за тот же период годом ранее. До войны на долю Катара приходилось около пятой части мировых поставок СПГ.

Ормузский пролив в центре дипломатических усилий

Ормузский пролив остаётся одной из ключевых проблем, препятствующих достижению более масштабного соглашения между Ираном и США.

До войны через пролив между Ираном и Оманом ежедневно проходила примерно пятая часть мировых поставок нефти.

С тех пор потоки нефти через пролив резко сократились: к понедельнику они упали до около 5 млн баррелей в сутки против примерно 20 млн баррелей до начала конфликта.

Риски для судоходства также сохраняются: на этой неделе в проливе очередной танкер был поражён неопознанным снарядом. По имеющимся данным, экипаж не пострадал.

Катар неоднократно призывал восстановить режим судоходства, действовавший до 28 февраля.

Этот вопрос особенно важен для Дохи, которая использует пролив для экспорта СПГ на мировые рынки.

Отдельно катарские власти сообщают, что атаки на Рас-Лаффан снизили добычу на 17%, а на полное восстановление может потребоваться до пяти лет.

Иран и Оман также ведут переговоры о временной схеме судоходства через пролив.

На этой неделе Корпус стражей исламской революции заявил, что Тегеран и Маскат достигли взаимопонимания по вопросам контроля над проливом и распределения доходов от него, однако позднее иранский чиновник уточнил, что окончательное соглашение пока не заключено.

Международная морская организация зафиксировала десятки инцидентов в акватории пролива с начала войны, что усилило опасения по поводу глобальных поставок энергоресурсов и стоимости перевозок.

Переговорный процесс остаётся в тупике

Переговоры в четверг состоялись на фоне нарастающего экономического давления Вашингтона на Тегеран.

Президент США Дональд Трамп заявил, что не торопится возвращаться к переговорам, а его администрация объявила о новых санкциях, направленных против экономических структур Ирана.

Иранские власти назвали эти меры экономической войной.

Правительства стран региона также активизировали дипломатические усилия, чтобы предотвратить новый виток боевых действий.

В начале недели высокопоставленные пакистанские чиновники посетили Тегеран, а Оман продолжает собственные консультации с Ираном по ситуации вокруг Ормузского пролива и более широкому спору с Вашингтоном.

Катар неизменно утверждает, что лучшим способом урегулировать кризис остаётся дипломатия.